История города в картинках

Лица и судьбы Севастопольского парка

Судя по отзывам, некоторые просто не верили в существование человеческих захоронений там, где сейчас гуляют мамы с детьми и дебоширят студенты окружающих общежитий. Другие оказались осведомлены о том, что предшествовало тихому парку, но полагали, что кладбище в этом месте было исключительно военным.
На самом деле на Севастопольском кладбище было совершено множество гражданских захоронений. Последнее пристанище здесь находили не рядовые екатеринославцы, а члены зажиточных и образованных семей, представители дворянства.
Историей одной из них – офицерской семьи Орловых - мы начинаем цикл материалов о екатеринославцах, имеющих отношение к Севастопольскому кладбищу.
В 1992 году в Днепропетровск приехали две пожилые француженки. Сестры Ирина Катчерофф и Елизавета Рекена вернулись в город, где прошли первые годы их жизни. Они уезжали из Екатеринослава, а вернулись в Днепропетровск.
В 1917 году на Севастопольском кладбище был захоронен Василий Иванович Орлов, видный горожанин, член Екатеринославского окружного суда. Упомянутым француженкам он приходится прадедушкой. Его сын, Созонт Васильевич Орлов, в то время уже имел двух собственных взрослых сыновей – Михаила и Владимира. С этих двух братьев и начинается история приключений до того оседлой и спокойной семьи Орловых.

Бумажные цветы, чтобы выжить

Старший брат, Михаил, на свою беду был белым офицером. Революция застала его в должности директора бюро по снабжению зерном. В 1920 году его по службе отправили на Кавказ, в Батуми. Уезжая, он вряд ли догадывался, что больше никогда не увидит родных.
С Михаилом поехала его жена - Елизавета Николаевна Орлова. Девичья фамилия Елизаветы – Бурмейстер. Она – дочь Николая Бурмейстера, известного общественного деятеля Екатеринослава и члена земской управы и Анастасии Беллинсгаузен, родной племянницы известного мореплавателя, первооткрывателя Антарктиды, Фаддея Беллинсгаузена. Дочь Михаила и Елизаветы, Ирина Орлова (в замужестве – Катчерофф), в своих записях вспоминала:
«Мой двоюродный дедушка был командующим адмиральского корабля «Восток» в экспедиции 1819-1821 гг. Капитан Лазарев – второго корабля экспедиции. Их открытия в Антарктиде были известны, и мы очень гордились этим. В столовой моих дедушки и бабушки Бурмейстер висела большая картина во всю стену, на ней был изображен мой двоюродный дедушка среди туземцев островов Туамоту в архипелаге Полинезийских островов...».
В марте 1921 года семья покинула Батуми и отправилась в Константинополь. Время, проведенное семьей там, оказалось сложным периодом в жизни Орловых. Средств к существованию не хватало, и Елизавета Николаевна, чтобы помочь семье, стала делать бумажные цветы, а Михаил отвозил их на базары Константинополя. Правда, продолжался маленький семейный бизнес недолго – вскоре другие эмигранты из Российской империи занялись тем же.
Положение семьи ухудшалось, стало не хватать самого необходимого. На тот момент у Михаила и Елизаветы уже было трое детей – дочери Ирина, Елизавета и Тамара. Орловых поддерживал Красный крест, но этой помощи было мало.
«Американский Красный крест выдавал на неделю две взрослые порции еды. Они были обильными, но недостаточными для семьи из 5 человек, трое из которых - дети, - вспоминала Ирина, которой тогда было 9 лет. – Тамара, которой не хватало кальция, инстинктивно лизала стены дома, в котором мы жили, – они были покрыты известью. Но мы надеялись на лучшее будущее».

Французское счастье Орловых

«Лучшее будущее» не заставило себя долго ждать. Французский комитет вербовал русских как рабочих в юго-восточные регионы Франции для нужд сельского хозяйства. В сентябре 1922 года Орловы прибыли во Францию.
Русская иммиграция во Франции… О ней написаны сотни книг и сняты десятки фильмов. Однако жизнь Орловых мало напоминала красивые картинки кинематографа. Они не жили в роскошной парижской квартире, не общались с участниками «Русских сезонов» и не расплачивались за всевозможные удовольствия фамильными драгоценностями.
Нет, семья Орловых поселилась в окрестностях Монтобане на маленькой ферме. Овощи, выращенные ими, продавались даже в Париже.
В 1924 году в семье родился четвертый ребенок, сын Мишель.
«Родильный дом Монтобана еще не знал такого большого и сильного ребенка, каким был мой брат, – 12 фунтов (примерно 5,5 кг. – Авт.)! – пишет Ирина. – Местная пресса только об этом и писала, а маму постоянно навещали любопытные жители».
Тогда же всех трех дочерей поместили в пансионат при монастыре Белых дам в Монтобане.
Елизавета Николаевна очень ждала приезда своего отца Николая Бурмейстера, который должен был присоединиться к семье во Франции. Увы, тот умер накануне отъезда в 1925 году.
Девочкам требовалось более полное обучение, и в том же 1925 году вся семья переезжает в город Кастельсарасин. Там Михаил получил место на металлургическом заводе, где и работал до своей смерти в 1967 году. Его жена Елизавета скончалась спустя 20 дней после него.
Все четверо детей Орловых отлично владели русским языком. Единственным воспоминанием Ирины о Днепропетровске-Екатеринославе было «озеро посреди парка». Спустя 72 года, посетив Украину вместе с сестрой Елизаветой, она его узнала – это был водоем в парке им. Глобы. А главное - женщины нашли здесь своих родственников - потомков тех, кто в революционные годы остался в городе.
Ирина Орлова-Катчерофф скончалась в 1996 году. Согласно завещанию, ее прах был разделен на две части: одна захоронена во Франции, рядом с родителями, другая – в Днепропетровске, на Запорожском кладбище.

Одному – Франция, другому – лагерь

Совсем другая судьба ждала второго из братьев Орловых.
Владимир Орлов получил отличное образование. Окончив лицей в Екатеринославе, он отправился в петербургскую Военную школу им. Св. Владимира. Вернувшись в Екатеринослав, молодой человек поступил на службу в губернское управление.
В 1921 году пришла беда: Владимир арестован по доносу. Обвинение в контрреволюционном заговоре – и 10 лет в Пермлаге без права вернуться, с поселением. Там бывший екатеринославец познакомился с девушкой Полиной, на которой и женился. Родилась дочь, названная Маргаритой.
В 1941 году в эвакуацию в Пермь отправляют ленинградские заводы. С одним из них приехал молодой инженер Игорь Кановский. Ему приглянулась молодая, красивая Маргарита. И та, будучи совсем юной, после снятия блокады уехала с ним в Ленинград. Там она живет и по сей день с сыном Валерием и внуком Глебом.
А Владимиру после смерти Сталина разрешили с женой вернуться в Днепропетровск, ставший за время его отсутствия совсем другим…
Родители Михаила и Владимира, Созонт и Агафья Орловы, остались в Днепропетровске и избежали участи быть репрессированными. В годы войны они заколотили свой старый дом на улице Медицинской (до этого – Милицейская, еще раньше – Офицерская), поклонились ему и отправились в Тихвинский женский монастырь. Дальнейшая их судьба неизвестна... Их дочь Евгения благополучно прожила всю жизнь в Днепропетровске. Именно ее дети встретили французских родственников, когда те приехали в город в 1992 году.
Фамильный дом Орловых был снесен в 1965 году, а печальную историю Севастопольского кладбища, на котором захоронены предки Орловых, вы уже знаете.

Ольга Руденко, газета ГОРОЖАНИН

Ваш комментарий:

Имя:
e-Mail:
Введите цифры на картинке


Комментарий: